Будущие песни
ветрами разгонит наш пепел на подоконнике
лучами от солнца поднимемся пылью на верх
и звуком затвора меняются гильзы в патроннике
на счёт двадцать два два патрона на всех
летят облака над лесами лугами просторными
на выжженом поле дымится кровавый метал
здесь техника словно гранит рукотворная
здесь люди убитые все те кто воевал
встанем мы за Родину за матушку
встанем за Россию матерей
встанем мы за дедушку и бабушку
встанем за любимых и детей
встанем мы за Родину за матушку
встанем за Россию матерей
встанем мы за дедушку и бабушку
встанем за любимых и детей
вдохни поскорее по глубже глоток кислорода
отравленный воздух озона здесь нет насовсем
метал здесь по всюду и техника разного рода
они наступали на землю скажи мне за чем
встанем мы за Родину за матушку
встанем за Россию матерей
встанем мы за дедушку и бабушку
встанем за любимых и детей
сквозь лес коридоры извилин дорог серпантинные
мы будем прокладывать путь и лежит он домой
не страшно нам то что пути очень длинные
не страшно нам летом и даже холодной зимой
встанем мы за Родину за матушку
встанем за Россию матерей
встанем мы за дедушку и бабушку
встанем за любимых и детей
Разное
Гефест Амуру сделал пулемёт.
Стрелять теперь удобней чем из лука.
Любовных пуль стремительный полёт -
Гибрид чудес, искусства и науки.
.
Разит сердца не простенькой стрелой,
А лупит каждый раз очередями.
Крылатый хулиган ещё малой,
Но мощь его ломает даже камень.
.
Не нужно больше прятаться в кустах
Стреляя по прохожим из засады.
Присел на стул, оружие достал.
Ни выбирать, ни целится не надо.
Разное
То бранят меня, то судят,
Видят страх в моих глазах
И обиду видят люди
И наивных планов крах.
вопреки я затаился,
себя я затаил,
осознав тебя,
я в прошлом,
было тем, было всем.
но мы же дальше,
все идем, к новым
высотам и новыми достижениями.
осознать надо нам,
что это было, не в серьез.
живя мы в разных краях,
я не понял ничего.
я же вовсе не прозрачен,
словно собран из зеркал.
какже я мог себя,
так пропустить.
что промыл, тебя в омлет,
не нужно бояться,
не нужно страдать,
не нужно грехи,
свои сохранять.
иероглифами страчу,
так чтоб каждый уявил,
я один и это факт,
и не ясный не кому.
я виду себя вперед,
а вы ищите себе хлопот.
живя я на тебе,
мир порушится во тьме.
недавно я потерял тебя,
потом тебя,
потом снова тебя,
в итоге я остался один,
как и вчера.
осознал, я был не прав,
но вы тоже не цветы.
вовсе не желтые, не красные,
вопреки я был, себя я полюбил.
живя в этих наивных мыслей,
я пойду отсюда прочь,
себя я прокачать,
и ведать тебя я потерять.
своими мыслями, я правлю,
холодны и мрачны,
видить провозглашаю снова,
это не твое и вовсе
не свое.
мысли тонут, я луна
в сеянии вчера,
было чудо в переди,
и видать мне тебя не хватит.
как я мог, так написать,
что является стихом.
ведь я вовсе, не прозрачен,
не вымочен, не знаю,
как это полюбить.
ощущаю себя поэтом,
средних лет,
наперед твержу,
вопреки слежу.
и вовсе не тобой,
а за собой,
ведь себя я потерял,
встретив я тебя.
Видят грусть и видят горе,
Зависть, жадность, боль и гнев,
Нецензурных мыслей море
И желаний грязный хлев.
ведь я себя, видаю так,
что укрыл на много лет,
затаился я в себе,
желаний вовсе нет.
я скучаю, желая радость,
смех и счастье,
но ты же нет, желая
разочерований, гнева и виновности.
мне дополнительно хлопот,
не нужно, чтобы ты была,
вовсе не чяруюсь я,
вижу себя я в месте, том
что крыл на пару лет.
Ведь я могу себя качать,
во мгле ночевать,
живя не тем, живя не всем,
я бы отдал тебя всем.
как я мог так ошибаться,
что-то верил, что-то слышал,
что-то видел,
и вовсе верил это не всерьез,
но как же я мог так ошибаться.
мне пришлось в себя провалиться, чтобы это осознать.
что я верил это не всерьез,
это было всерьез.
чтож вы делаете, со мною,
уже который год.
вспоминаю себя я в прошлом,
была радость, вечной в светле,
а сейчас я на дозах,
прокачал.
сознаюсь честно,
был не тем, что хотел.
ведь себя я потерял.
думать тяжко,
думать больно,
сильно я тебя,
не до оценивал.
ведь я это пишу сейчас,
в глуби ночной,
вспоминая то,
что не было в серьез.
я же вовсе не желал зла,
я же тебя так провозглашал,
а ведь потерять мне пришлось.
словно собран я тобою,
что так наивно верил я собою.
сейчас все ясно,
и понятно,
что это было
не в серьез.
понять одно я не могу,
что ты хотела дальше,
осознавая ты меня,
ведь зная кем я представляюсь,
я в себе закрылся.
все что было,
исчезло,
все что было расстроено,
все же мне нужно быть,
просто собою.
и да хоть это мой,
великий, длинный стих,
был написан мною вмиг,
это было так прекрасно,
что себя я уявил,
ведь я хотел понять,
что явно произошло.
как я мог так написать,
в эту минуту,
в этот час,
ведь я знаю только,
то что явилась ты.
осознать я это не могу,
что я это пишу,
думаю не идеал,
но мой первый длинный стих,
был про тебя.
осознать я не могу,
что без помощи я справлюсь,
ведь тебя я потерял,
это написал,
и ведать себя я прокачал.
думаю читать это долго
и муторно,
но знай что дойдя этого,
ты поймешь себя.
кажется этому пришел конец,
себя я прокачал, себя я ударял,
а ты беги от сюда прочь,
ведь тебя я не люблю.
коль дашь мне сверху,
тенью коть,
подумай лучше,
как ты можешь мне привлечь.
коль вздумаешь заикнуться,
что это ии,
то имей ввиду,
что это видно,
на меня,
как я страчу.
ведь я получил,
истинного себя,
осознал чего я могу,
чего я не могу.
просто вещь, и
это да, но всеже
нет предела.
думаю на этом все,
но где-то там,
где-то там,
ты живешь,
и не помнишь,
ничего!
Лирика
На пыльном чердаке среди забытых рам,
Где паутина прячется по сумрачным углам,
Нашел я старый ящик, покрытый слоем лет,
Надеясь в нем найти старинный раритет
Смахнул с ларца века осевшей серой пыли,
Старинные сокровища желания мне сулили.
Но в глубине шкатулки под треск сухих пружин
Стояли две фигуры средь выцветших картин.
Там балерина в белом застыла в полусне,
Стояла элегантная, притихшая во тьме.
Танцор держал в объятия ту даму столько лет,
Красивый и галантный, во фрак он был одет
Я бережно коснулся потрескавшихся лиц,
Стирая пыль забвения с фарфоровых ресниц.
И стал искать пружину, чтоб танец оживить
Тех кукол, что когда-то умели так любить.
Но вдруг сама шкатулка издала тихий стон,
Мелодия раздалась сквозь скрип и тихий звон.
Тут дама тихо вздрогнула в серебряной пыли,
И в вальсе закружились, и жизнь вновь обрели
Они уже не плыли, как в прежние года,
Их танец прерывали и треск, и хрипота
Но в этих странных жестах, надломленных слегка,
Жила былой эпохи забытая тоска.
Как много лет под гнетом тоски и темноты
Они хранили память увядшей красоты
И ждали, что однажды воспрянут ото сна
Вернутся через танец в былые времена
Наверно, время хочет всё скрыть и унести:
Любовь, чужие лица, мелодии в пути.
Но иногда случайность, по мудрости Творца
Соединит опять разделенные сердца.
И слушает пусть время сквозь долгие года,
Как танцевали куклы свой вальс любви тогда.
И пусть забытый танец развеет нам печаль
Ведь даже смерть не в силах остановить тот вальс.
Разное
Синя девица. Ой! Дева синяя.
Шла от омута. Вёдра в рученьках.
Тонка талия. Сиськи дынями.
Глазки чёрные. Словно тученьки.
.
Парень пьяненький увидал её.
Толь жива она, толь умершая.
Холодна как лёд. Всё равно встаёт
В горле ком, в душе тьма кромешная.
.
Протрезвел чувак. Убежал в избу.
И принёс пальто бедной девице.
Не лежать молодке не гнить в гробу.
У печи пускай отогреется.
Лирика
- С виду ты какой-то странный.
Ходишь словно под гипнозом.
А не пьян ли ты случайно?
А не принял ли ты дозу
Запрещённых препаратов?
Не курил ли гадкой дури?
Ни молчать, ни врать не надо.
Ты же смотришься, в натуре,
Словно зомби из мультфильма.
Может ночью монстр приснился
Или босс твой разорился
И уже закрылась фирма?
- Нет, дружище. Я влюбился.
Лирика
Вечером сидя на лавочке,
При яркой ночной луне,
О любви поведал Клавочке,
А она отказала мне.
Вырвал с корнем ту лавочку,
По темну ушёл матерясь.
С тех пор не видел Клавочку,
На фиг она мне сдалась.
Много лет прошло без Клавочки,
У неё другая любовь,
Сижу на новой лавочке
О любви мечтаю вновь.
Где же, где моя Клавочка,
Бывшая моя любовь?
Семки грызу на лавочке,
Вспоминаю её вновь.
Разное
Была девчонкой. Верила в мечту.
Хотелось ей безоблачного счастья,
Заполнить содержаньем пустоту
И стать для мирозданья важной частью.
.
Желала измениться, стать собой
И быть сильней, выносливей и круче,
Способной, как герои, рваться в бой
И побеждать врагов собственноручно.
.
Свершилось и теперь он паренёк.
Брутальный, но такая же пустышка.
Глобальны перемены между ног.
Есть длинные усы… и сердце мышки.
Разное
Ночь спустилась над рекой.
Ветерок совсем не слышен.
А покой вокруг такой,
Словно мир уже не дышит.
.
Скучный берег. Ни души.
Да и тел почти не видно.
И теченье не спешит,
Ковыляет инвалидно.
.
Нет фонарика луны.
Но сияют звёзды-свечи.
Словно смерть, они бледны.
Одинокий человечек
.
Грустной статуей застыл
Словно зомби у могилы.
Сам себя он позабыл.
Мгла сознание накрыла.
.
И не ждёт уже рассвет
В голове потухший разум.
Нет эмоций. Мыслей нет.
Жизни нет. И дух не связан
.
Ни с пространством, ни с судьбой,
Ни с каким-то организмом.
Ни с дыханьем, ни с собой.
Он на миг ночной нанизан.
По дороге урагана
Шёл невзрачный пешеход.
Хрупкий, маленький и пьяный
Он шагал который год
Просто так, без всякой цели
И дышал то еле-еле
Всем казалось, что вот-вот
Унесёт жестокий ветер,
Разорвёт воздушной плетью
И закончится поход.
.
Била плеть, что было силы.
Но не сбила парня с ног
Тихий, робкий и унылый
Свой поход продолжить смог –
Путь бессмысленно-беспечный,
Скучный, грязный, бесконечный
И жестокий для сапог.
Растворился в злой стихии.
И бегут года бухие
И несёт хмельной поток.
Через будней серый бетон
Пробивается наружу мечта.
У мечты красивый бутон
И четыре хрупких листа.
.
Дует ветер скучных забот.
Светится тоскливый фонарь.
Дождь тревоги медленно льёт.
Но цветёт прекрасный бунтарь.
.
Расцветает ярко цветок.
Смело тянет вверх лепестки.
Мир к нему суров и жесток.
Опыт давит словно тиски.
.
Всё равно живёт и растёт
И стремится к солнечным дням.
И однажды он достигнет высот
Недоступных логики пням.
Ненавижу я биты,
Набираю высоты.
Полюбив одну,
Не живу в долгу.
Лежу в заперти,
Невинных слуг.
Не бегу служить,
Читаю с рук.
Лежать в бездействие,
Вопрос.
Понять одно я не могу,
Что я был в плену.
Забыть свой сон,
Далекий бой.
Вижу чудо впреди.
Ничего я не веду.
Вижу день, вижу лень,
Но веду себя вперед.
Разное
Жизнь изменилась, прошивка сменилась,
В коде и в дозах она проявилась.
Удары в торец — я чувствую боль,
И каждый увидел мою новую роль.
я укрылся на много лет,
спрятав себя на век.
На рассвете я очнулся,
оглянулся и застыл.
осознал себя я в прошлом,
был под маской, я с собою.
просветляют стены мне,
смотря на сквозь,
в черной мгле.
взаперти когда-то я лежал,
себя я накачал.
забылся я в себе,
не живя во мгле.
В тупике, я оказался, где горизонт во тьму упал,
Я себя… потерял.
Редкие прохожие,
На людей похожие,
Ходят вдоль по улицам,
Хмурятся, сутулятся
И по поведению
Словно приведения.
Пахнут сигаретами,
Водкой и котлетами,
А ещё огурчиком
И несвежим супчиком.
Все с утра шатаются,
Но идут, стараются,
В нужном направлении.
Нет у них сомнения.
Цель прохожих ясная.
Магазины частные
Раньше открываются.
Там опохмеляются
На людей похожие
Редкие прохожие.
Разное
По полю гуляют дубы и берёзы,
А в рощах небесных растут облака.
Сервант белокрылый работает носом –
Из тонких деталей он лепит макак.
.
Вещает торшер о налогах и сборах.
Он хочет быть избран фонарным столбом.
Хрустальные вазы едят мухоморов.
А пьяные тапки храпят под холмом.
.
Подушка рисует солёные звуки.
Не едет рояль, так как сломан карась.
Гора приуныла, зевает от скуки,
Но очень внимательно слушает грязь.
.
А грязь рассуждает о фантиках вкусных
И как их готовить в холодном песке.
Река уезжает. Покинула русло.
Течёт к горизонту в дырявом носке.
.
Ныряют в нирвану седые качели.
Не верит газетам стальной табурет.
Подъезды скамейкам давно надоели.
По венам вселенной течёт интернет.
.
Дороги уходят в прекрасные дали.
Забрали с собой светофор и бетон.
Холодные звёзды на город упали.
Им снится о наших желаниях сон.
Разное
Жёлтый кенар в тесной клетке
Ни за что мотает срок.
Он теперь марионетка.
Человек к нему жесток.
.
Возомнил себя бескрылый
Прокурором и судьёй.
Бунтовать не хватит силы.
Против наглости людской.
.
Не сбежит из этой зоны
Златокрылый мелкий зек.
Беззащитный заключённый
Не способен на побег.
Разное
Диалог – дорогая и редкая штука.
В диком хаосе слов он не часто звучит.
Слишком мало желающих слышать друг друга.
Слишком много иллюзий, амбиций, обид.
.
Ворох мнений по миру кружит словно вьюга
И о чём-то своём каждый рот говорит.
Диалоги, как дети, рождаются в муках.
Нелюбимы людьми, вымирают как вид.
.
Говорить – это навык, а слушать – наука.
От неё заслоняет фантазии щит.
Монологи живут, наполняются звуком.
Диалог, как явление, миром забыт.
Разное
Мне с тобой совсем не скучно,
А легко и интересно.
Ты – мой самый дикий случай.
Наполняешь повсеместно
.
Каждый день своим звучаньем,
А сознание весельем.
Испугались все печали
И попрятались по кельям.
.
Лёд тоски растаял в сердце
Голос твой, как лучик, греет.
И потоки килогерцев
Всё задорней и смелее.
.
Но порой тебя мечтаю
Сделать чуточку потише.
Ты галдишь как птичья стая.
И людей других не слышно.
Разное
Стоишь во мраке беспросветном
И робко смотришь в темноту.
Дрожишь от страха. В сердце бедном
Не стук, а грохот. За версту
.
Слыхать, как ты боишься ночи.
И с каждым мигом всё сильней
Она беду тебе пророчит.
Ты преклонился перед ней
.
И громко молишь о пощаде,
Не веря в завтрашний рассвет.
И словно прячется в засаде
Могучий слаженный квартет:
.
Торшер и люстра и фонарик
И бра и всё подключено.
Но ты трусишка и лошарик.
Вокруг возможностей полно,
.
А ты стоишь, не жмёшь на кнопку
И ждёшь, когда тебя спасут.
Как можно быть настолько робким?
Такие долго не живут.
Разное
Как бы ни была сильна
Власть судьбы жестокой,
Ни гражданская война,
Ни проклятий строки,
.
Ни могучий ураган,
Ни чума, ни голод,
Ни десятки рваных ран,
Ни директор школы
.
Не способны разлучить
Вовочку с Наташей.
Лишь компьютер, может быть,
Так же в жизни важен.
.
Так же важен, как мечта
Быть навеки рядом.
Страсть подростков так чиста,
Но прикован взглядом
.
Вова к яростной игре.
Ната фотки постит.
Каждый в собственной норе.
Не заходят в гости.